Сердце Кирибриан

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сердце Кирибриан » Восполненные воспоминания » Два звена: десятилетие назад.


Два звена: десятилетие назад.

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

1. Герои: Айкейсин де Ла Куадра / Дзао Жилонг.
2. Дата: 10 день гвата Фортры 997 год.
3. Погодные условия: Вечер. Облачно, грозовой дождь. Температура около +2.
4. Краткий сюжет: Кельдер как обычно собирается закрываться на ночь, но к большому удивлению, к нему заходит новый посетитель. На первый взгляд с весьма простой просьбой, но как оказалось в последствии, весьма непростой судьбой и необычным предложением.
5. Место: Дом №076/2

0

2

http://s3.uploads.ru/lUGZS.png
10 день гвата Фортры 997 год.
Вечер. Облачно, грозовой дождь. Температура около +2.

Удар... И только спустя секунду до ушей кельдера доходит рёв грозы. Недалеко...
Зато яркая вспышка приходит сразу. Вместе с ударом. Словно невидимая и бесконечно прямая стрела, поражающая на лету.
Дзао нравятся грозы. Они приносят воду. Это жизнь.
С другой стороны, он видел раз, как в степи молния поразила пешего путника. Простого бродягу. Он лишь случайно оказался не в том месте, не в то время. А может, на своём месте и в своё время. Кто знает? Ему хватило и доли секунды... Вспыхнуть, словно спичка и выгореть дотла за одно мгновение. Так уходит жизнь.
Удар. И практически мгновенно стекла дрожат от рёва приближающейся грозы. Ближе...
- До свидания, миледи, - Жилонг учтиво, приложив руку к груди, слегка наклоняет голову, - Если что-то выйдет из строя, я всегда к вашим услугам.
Средних лет, но не смотря на возраст, довольно красивая и с округлыми формами, дама благодарно кивает кельдеру в ответ.
- Таи, мой дорогой, вы довольно скромны на мой взгляд. Ещё ни одна вещь не сломалась, после того, как побывала в ваших надёжных руках. Вспомните хотя-бы тот крайне сложных механизм, что пару дней назад приносил к вам мой племянник! Она до сих пор исправно работает и сдаётся мне, проработает ещё не один год!
Гроза всё ближе. Кельдеру по большому счёту не важно, как сильно промокнет очередной его клиент, однако доброта этой дамы, смягчает строгое сердце Таи.
- Миледи, гроза уже близко, а ваш дом не на соседней улице, - он ненавязчиво подходит к выходу и кладёт руку на ручку двери. Дама замечает этот жест и улыбается ещё шире, на её щеках и около глаз проступают небольшие морщинки.
- И всё-таки, вы замечательный кельдельер, Таи! - она быстро прячет в карман только-что починенный предмет и легко, словно молодая и озорная девчонка выпрыгивает на улицу, - До скорой встречи, господин Таи!
Она распахивает зонт и быстро перебегает улицу.
- До скорой встречи...
Жилонг захлопывает дверь, в такт очередному удару молнии, уже не заботясь, что дама не слышит его.
Он вставляет ключ в замочную скважину, но не замыкает дверь.
Так он поступил всего однажды, когда почувствовал необходимость.
Это было неделю назад. Под вечер к нему в лавку забежала девушка, ища убежище. За ней была погоня. Бандиты вломились в помещение, однако кельдер встал на защиту, даже не разбираясь, виновна она перед ними или нет. В доме был сильный погром, устроил его по большей мере сам Таи, однако скрутил и усмирил всех нападавших. На следующее утро прибыла стража, бандитов увели, а девушка отправилась на допрос. Таи расспросили о подробностях тем же утром и оставили в покое. Разгромленное помещение он восстановил уже на следующий же день и вновь принялся за работу.
Сейчас же, у него было точно такое же предчувствие, что что-то, должно было произойти.
Очередной удар и дребезжание стёкол, легкий, едва уловимый щелчок затвора дверного замка и мягкие шаги.
- Последний клиент, ну ладно...
Кельдерьер обернулся ко входу.

0

3

Воля в кулаке, мысли в разные стороны. По моему городу гуляют черные вороны.
Айкэ стояла, оперевшись о дверной косяк и безразлично смотрела на дверную рукоять. По ее лицу стекала дождевая вода, она вся промокла. Все равно, кому какое дело до дождя? Сегодня она потеряла больше, чем просто зонт в непогоду, и в то же время меньше, чем улыбка учителя. Сложно, все как-то сложно.
За спиной полыхала гроза, но... Все так же мимо неё. Пустое место легко пропустить, даже если оно в эпицентре, даже если оно погрязло в происходящем.
Из лавки кто-то вышел, она могла зайти вот сейчас. Но нет. Почему-то осталась все там же, лишь обернувшись и прислонившись к стене спиной. Феникс закрыла глаза и задержала дыхание. Женщина, что выскочила из дома кузнеца, даже не обратила на нее внимание. Серое платье, переделанное под накидку помогало Жрице затеряться среди окружения непроизвольно.
Де ла Куадра помнит, что она стучала. Раз, потом другой. Не подряд, почему-то ей это казалось неприличным, с небольшим интервалом. И как незамечали еэ, сама не заметила, как удачно попадала в своем стуке под раскат грома. Кончено же её не услышали, ну конечно же. Есть вещи существеннее этого.
Еще одна попытка. Тщетная, как и все предыдущие. В голубых глазах пролилось раздражение. Наконец-то появилась эмоция, и она заставила девушку двинуться вперед. Бледная ладонь легла на ручку. сжимаясь в кулак. Покрасневшие костяшки стали бледными в одно мгновение. Резкое движение и немного непогоды - дверь распохнулась и с грохотом стукнулась о стену. С облицовки даже ссыпалось немного штукотурки. И очереная вспышка молнии очертила ее силуэт в проходе. Бесцеременно Жрица дала о себе знать, чему кажется хозяин не очень сильно удивился.
Мягкий небольшой шаг, она переступила порог и протянула дрожащую руку вперед, словно звала за собой. В бездонных глазах сверкнул отблеск молнии, а по тонкому запястью, окольцованному татуировкой, скатилась струйка крови, бесцеременно, как и её хозяйка. Ладонь была проткнула наскозь чем-то тонким и сверкающим и это что-то начиналось прямо от запястья.
-¿Me ayudarás? - прошептала нахалка в затищье бури, все так же смотря хозяину прямо в глаза. Что-то ее все таки смутило, она сделала шаг вперед и опустила руку вдоль туловища. Мановение промокщих и склеившихся ресниц, она поняла, в чем ошиблась, и повторила вопрос. - Поможешь мне?
Глаза смотрят в глаза. Нахально и дерзко, отбросив манеры в сторону. Ни приветствия, ни извинений. Ничего. Прямой вопрос, прямой жест без тайных знаков или интонаций. Просьба о помощи и никакого стыда или страха. Вода стекает по щекам, ключицам, тонким ручейком скрывается в ложбинке грудей, лишь на половину сокрытых за темным корсетом и грубым сукном платья.

Отредактировано Айкейсин (02.12.2012 14:31:22)

0

4

Удар отбросил длинную тень на деревянный пол комнаты. В пространстве открытого дверного прохода стояла фигура. Довольно высокая для существа её расы, не для кельдера. Грохот разыгрывающейся бури снаружи заставил разжаться кулаки. Давно к Таи в дом не входили подобным образом. Ничего.
Гнев, это сильная эмоция... Жилонг сильнее...
Он разжал кулаки и медленно прошёл мимо женщины, закрыть дверь. Не оборачиваясь к ней спиной, Таи все время держал её в поле зрения и потому закрыл дверь задним копытом. Стальные затворы глухо щёлкнули в дубовом панцире двери. Рука легла на ключ, оставшийся в замке и медленно повернулась, раз... два... три... Лёгкое движение кистью, новый щелчок и дверь закрылась.
Возвышаясь почти на метр над пришедшей к нему в дом женщиной, он стоял за её спиной и медленно дышал. От неё пахло сыростью. Серый плащ, который не уберёг её от проливного дождя промок насквозь. В свете открытого огня, янтарно-дождевые капли аритмично падали на пол, словно, незатейливо стараясь рассердить хозяина заведения.
- Разумеется, миледи... - он прошёл вперед, развернулся и встал перед ней, - Прошу вас.
Одним движением он придвинул к ней стул, усадил перед столом, с которого смахнул на пол все карты, рукописи и прочее. Кровоточащая бледная ручка женщины сейчас была куда важнее.
Кельдер согнув ноги присел перед столом, и даже в таком положении он возвышался над незнакомкой. Осторожно взял своими пальцами её ручку, слегка прижав в двух местах, что-бы ненароком не двинуть запястье и быстрым и опытным взглядом осмотрел рану. На взгляд кельдера, ничего серьёзного не было, однако, если помедлить и не прекратить кровотечение, будет намного хуже.
- Вы позволите? - спросил он на Едином, не ожидая ответа. Она попросила помощи, странно, если бы она отказала. С другой стороны, его вопрос, не более чем правила приличия, о которых видимо из-за спешки и забыла поздняя посетительница.
Спица, что выходила из крохотной рубиновой капельки в запястье, проткнула ладонь прямо по центру, зафиксировав тем самым и не давая свободу действий руке. Таи снял с верхней полки небольшой кусок ткани, и расстелив на столе, с крайней осторожностью положил руку. Очередной осмотр повреждения, и кельдер окончательно убедился, что все кости целы и ни одна мышца на пострадала. Ладонь оказалась проткнута в самом безопасном месте.
- Не беспокойтесь, миледи, - не вставая, со стеллажа, что стоял около столика, он взял графин и тонкий бокал, быстро налил темно-бордовое вино и придвинув к незнакомке, и даже не удосужившись, посмотреть, выпила ли она его или нет, принялся за работу.
Никаких объяснений он не требовал. Всё было предельно просто. Одной рукой он держал запястье и кисть руки целиком, благо размеры его огромной лапы позволяли, по сравнению с худой ручкой женщины, а второй, свободной рукой он уже с ювелирной точностью вырезал вросшую в запястье рубиновую капельку. Секунда, две, три, четыре... и ланцет отложен в сторону, как ненужный. Далее, не изменяя угол прокола, он принудительно разогнул кисть и одним резким и точным движением вытянул спицу. Отложил в сторону, и принялся перебинтовывать ладонь.
- А теперь, когда более нет неотложных дел, позвольте поинтересоваться вашим именем, миледи, - он затянул узел бинта, перевязал запястье и посмотрел в темно-голубые, выразительные глаза незнакомки.

0

5

- Я извиняюсь за предоставленное беспокойство. - её голос стал неожиданной брешью в тишине, что царила все то время, что кельдельер был занят оценивание ситуации. Жрицу порадовало то, что он не задавал лишних вопросов, не прогнал её. Поэтому она решила отдать дань уважения. Легкий кивок в сторону отброшенных чертежей - ей не удобно за представленный беспорядок. А взгяд все еще прикован к мужчине, к его глазам. Так нельзя, это некультурно. Во дворце, в общине, в семье, она себе такого не позволяла.
- Прости, я очень боюсь - а голос был ровный, спокойный. Словно она говорила о главах из новой книги по механике, что никак её не вдохновляла. Так обычно не говорят о страхе, так не принято. Так может сказать только тот человек, что не признается в этом никогда. Который не знает, как это делать, но уже научился контролировать свои эммоции. И говорит по факту. - Поэтому я смотрю в твои глаза. Это успокаивает.
Айкэ нужно было это объяснить. Ей физически нужно было сказать хоть что-то этому господину. Так она почувствовала себя лучше. И то, что феникс произнесла, окалось самым уместным, с её колокольни.
Он не задавал вопросов. Он был идеален. Точно и аккуратно делал свою работу, пока её бездонные глаза буравили его. Кельдельер был почти идеальным мужчиной, который встретился на всем жизненном пути жрицы.
Больно. Вдруг стало очень больно, но она не знала почему. Догадывалсь. Он что-то сделал с рукой, теперь она могла двигаться и это причиняло дикую боль. Но смотреть Айкейсин не рискнула. Было очень очень страшно, Она лишь крепко сжала ладонь в кулак и закрыла глаза. Захотелось захнукать, захотелось заплакать. Она девочка, ей можно. Она Жрица, дочь рода Буэндия, ей нельзя. Мама, мне больно! Хлесткий звон пощечины и горящая кожа. Пурпурное лицо матери. Не хныч, не будь как они. Мама, мама...Ну почему? Воспоминания сделали еще хуже. По щеке девушки скатилась слеза, она на какое-то время была в беспамятстве и не заметила манипуляций кузнеца. Просто все закончилось. Боль притихла, как и воспоминание. Ладонь почувствовала то заботливое тепло прикосновений, которого ей не хватало все эти сорок лет. Слова заставили поверить в то, что все это жизнь. Здесь и сейчас.
Жрица посмотрела на отложенную в сторону спицу и поморщилась. Согнув руку в локте и прижав к груди, девушка повела бровью, словно и правда заснула, и ее вытащили из легкой дремы. Словно ей сейчас ничего не резали. Словно не было боли.
- Моим именем? Айкейсин де Ла куадра, советник Владыки Леота. - ни тебе гордости, ни тебе стыда. все тот же ровный тон, будто все это пустяк. Слишком деловой подход. - Я хотела спросить..Нет ли у тебя известки и... и сколько я должна еще и за то, что бы вы вернули ее обратно?
Жрица встала, поправляя прилипший к телу мокрый подол платья. И тут за окном раздался очередной раскат грома. Девушка пошатнулась и упала прямо на грудь кузнецу, закрываясь рукаим и зарываясь в свои же собственные волосы.
- Страшно...- тихо пискнула она.

Отредактировано Айкейсин (02.12.2012 21:17:28)

0

6

Одиночество...
Что вы знаете о нём? То что это страшно? Что никто не придёт на помощь, когда потребуется? Что мысль остаться одному, пронзает сознание, словно стрела и никто не помешает самому явному кошмару стать реальностью?
Вы ничего не знаете, не врите. Хотя бы... себе...
- Всё хорошо, миледи Айкейсин, вам нечего здесь бояться, - его ровный, слегка приглушённый, голос вновь охрип. Он делал работу в тишине, слушая как она дышит, чувствуя как она вздрагивает, когда грубые мужские руки делают своё дело, замечая каждую деталь. Она была такая... живая...
Он вновь не одинок...
Ему в грудь ударяет тепло.
- И вам не страшно смотреть в мои глаза? - голос слегка дрожит. Его взгляд выдаёт в нём зверя.
Сердце начинает качать кровь быстрее, в голову ударяет сильный туман, застилая глаза. Он не понимает, почему она?
Грохот за окном становится практически не слышным. Ревёт ливень, отбивая замысловатые ритмы о крышу, стекло и открытые ставни. Трещат в камине дрова, подкинутые задолго до произошедшего.
Но вот что произошло? Он не может дать себе ясный ответ. Она смотрит на него и ей не страшно... Глаза в глаза.
Незнакомка встала.
- Вы мне ничего не должны, миледи, - он возвращает спицу ей в руки и за окном раздаётся финальный аккорд. Удар. И незнакомка кидается ему на грудь, словно маленькая дочь, ищущая защиты у отца.
Он огромен по сравнению с ней, и ему приходится опуститься перед ней, и даже так, он все равно выше. Наклоняется, и обнимает, крепко, по отечески. Словно вновь обретённого, старого и такого родного друга.
- Тебе нечего бояться, милая Айкэ...

0

7

- Милая Айкэ? - если бы не было так страшно, то она наверное открыла бы галаза и вновь заглянула в это незнакомое лицо. Пока еще незнакомое. Кто бы мог ей тогда сказать, что в скором времени она будет знать каждую его морщинку, узнавать по первому слову, в каком он настроении духа? В ту минуту, она могла бы и поверить. Такие теплые объятья, такие крепкие. И этот голос...Голос. Грубый, но в то же время... Вот чемго ей не хватало все это время. Жрица прижалась сильнее к нему, даже позволила себе всхлипнуть.
- Твои глаза не страшнее того, что происходит сейчас на улице. - девушка крепко сжала в ручке спицу и поняла, что ведет себя уж больно странно. Разве так положенно для человека ее статуса и ранга? Новый раскат поставил все на свои места - девушка вздрогнула и топнула ножкой от своей беспомощности. - И они намного лучше тех, что мне приходится видеть каждый день...Бральес, за что ты гневаешься?!
Это был беспомощный писк маленокого феникса. Она не могла ничего с этим поделать, ей было страшно и от этого Айке переполняла злоба. Злоба на саму себя. Потому, что дура.
- Прости, я не должна была...- пришлось собрать все силы в кулак, что бы отстраниться от мужчины и у жрицы это получилось. Девушка шмыгнула носом и прикрыла его ладонью. - Спасибо, правда, ты очень помог...Сейчас, сейчас я заплачу и уйду, я не буду мешать...Где же это?!
Айкэ искала деньги. Она даже пожалела, что не имела обыкновения носить рисоли в кошелке на шее, как это делает большинство аристократок. Пришлось отворачивать подолы платья, " шерстить" его складки за потайным карманом. Но кошелек не находился. Феникс неловко улыбнулась и кивнула
- Сейчас, погоди. - видимо, резервы своих "заначек" она израсходовала. Пришлось сесть обратно на стул, виновато улыбнуться снова, закинуть ногу на ногу. На бедре была перевязь с кошельком. Только кошелек все никак не отвязывалась. Ткань намокла и никти намокли, от этого узлы стале еще более крепкими, нежели чем были изначально.
- А ты же..Прости, я даже сама не знаю, почему пришла сюда. Наобум, да.. Что ж ты будешь делать!
- Айкэ психанула и взмахнула рукой. И этого мешочку хватило - золотые рисоли со звоном раскатились по полу и это ввело феникса окончательно в уныние. Она нервничала, все именно из-за этого. И за этой треклятой грозы, из-за того, что это был плохой день. Только и всего.
И Жрица медленно перетекла на пол, подбирая монеты.
- Ты прости конечно, я так не хотела..Но это все твое..Я сейчас соберу, так не дело передавать деньги...И уйду, честно-честно.
Один короткий взгляд сказал больше, чем все эти пространные речи. Бледное худенькое личико обрамленно промокшими вьющимися волосами. Один молящий взляд с одним наставлением " Простить". Адрес - его немного раскосые глаза, в которых получилось найти побег от боли. Физической и душевной. И вот уже ее тонкие ловкие пальчики собирают тяжелые монеты, в то время как вторая рука прижата к груди.
- Апчхи! - она так наклонилась впеерд, что казалось, сейчас коснется лбом пола. Такая забавная в своем страхе и неловности. И какой же из нее советник?

0

8

Кельдер понимал, что то, что происходит сейчас... всё слишком странно, слишком неправильно, всё шло наперекосяк... слишком...
Таи нервно и тяжело дышал, возможно женщина ощущала, физически, как бешено и аритмично колотится его огромное кельдерское сердце, как легкие наполняются, вдруг ставшим таким тяжёлым и упругим воздухом...
Она прижалась сильнее, словно ответной реакцией на то тепло, ту доброту, что он испытал. Таи понимал, что она лишь незнакомка... случайный клиент, зашедший в непогоду... но, то самое ощущение, та самая необходимость.
Кельдер не понимал, почему женщина так себя ведёт, но ему было не до этого. Он пытался вернуть себе память о своих родных и близких, вернуться из той зыбкой реальности одиночества...
Он не понял, что было раньше, её слова... или Удар.
- Прости, я не должна была...
Он ведет себя неправильно. Он облажался и женщина это поняла. Айкейсин отстранилась от него, у неё хватило сил вырваться, но он и не держал, он позволил ей отстраниться, отпустив и сжав руки в кулаки. Он облажался!
Встал во весь рост, вновь возвысившись над женщиной словно скала. Получилось резко, в голове закружилось.
- Спасибо, правда, ты очень помог... Сейчас, сейчас я заплачу и уйду, я не буду мешать... Где же это?!
Она говорила быстро, торопливо, будто собиралась бежать, лишь бы не находиться в компании этого кельдера. Искала деньги, но не находила.
- Миледи... - вновь хрипло и так тоскливо, начал он...
Айкэ неловко улыбнулась и кивнула.
- Сейчас, погоди.
Он хотел сказать, что ничего не нужно, что она ему ничего не должна, но горло пересохло, и он потянулся к наполненному бокалу, к которому так и не притронулась Айкейсин. Она ему не доверяла. Она была права, с чего бы вдруг? Он лишь мастер, к которому она зашла. Он ей никто...
Таи выпил вино залпом, опракинув в себя сразу всё. Ему было плохо, он чувствовал себя виноватым перед ней. Сильно...
Тем временем Айкэ села обратно на стул, закинув ногу на ногу и оголив бедро, где висела перевязь с кошельком. Ткань промокла насквозь, разбухла и теперь развязать её было не просто.
- А ты же. Прости, я даже сама не знаю, почему пришла сюда. Наобум, да. Что ж ты будешь делать!
Айкейсин заметно нервничала, он понимал её состояние, он практически чувствовал то, что чувствовала она.
Она взмахнула рукой. Лёгкий хлопок и звон золота, раскатывающегося по деревянному полу.
Кельдеру стало окончательно плохо. В голове помутнело, он с шумом выдохнул, на мгновение потерялся и с силой навалился на камин, приложившись оголённым боком на раскалённую стену. Ожёг он даже не почувствовал, ему было не до того. В его сознании была только одна мысль: извиниться перед Айкейсин.
За что? Он не знал. Таи просто знал, что так надо.
- Миледи.....
И снова хрип, уже граничащий с рычанием. Горло обожгло: он резко вдохнул.
Она взглянула на него, и продолжила собирать монетки, раскатившиеся по полу.
- Ничего не надо! Простите меня, миледи! - кричал он, едва выдыхая воздух из ноющего горла.
Только сейчас он заметил, что бок невероятно обожгло, практически до мяса, кожа обгорела, но запаха палёной шерсти он не почувствовал. Было странно, почему не заметила этого Айкэ.
- Миледи... - уже рычал он, - Айкэ...
Она чихнула. И он, забыв о саднящем боку, обожженной глотке, нелепо уставился на женщину, и кинулся к ней.
- Прошу вас, оставьте это, - он быстро, одним движением собрал оставшиеся монеты, вернул в ручки женщине и придвинув большое кресло к камину, с силой усадил её перед огнём.
- Вы сильно промокли и простыли, - Таи рычал, но пытался выровнять голос, чтобы не напугать женщину, только получалось у него это крайне скверно.
Он сорвал с вешалки огромное шерстяное одеяло и накрыл плечи женщины. Кинулся к стеллажу, по пути сильно спотыкаясь и прихрамывая на оба копыта, со стороны обгоревшего бока, нашёл флакончик с зельем и вернулся обратно к Айкейсин.
- Пожалуйста, миледи, выпейте это, - он протянул ей грушевидный, стеклянный флакон, в котором плескалась ярко-фиолетовая жидкость, - Вам станет легче.
Он опустился на пол, поджав под себя ноги, сгорбился, пытаясь опуститься до неё и всё протягивал флакон с зельем, пытаясь выдохнуть извинения.

0

9

Айкэ поняла, что чем-то обидела кельдера только тогда, когда он усадил ее у камина, согнулся, чуть ли не в три погибели и стал протягивать ей колбу с микстурой. Её неприлично большие глаза смотрели на него с непониманием. Что он делает? Это называют заботой? Или как? Приятно.. Но почему? Даже мама так не делала, когда...Мама...Нет, нет, нет! Девушка покачала головой, хлопая ресницами так же, как хлопала своими крыльями бабочка в тернистом полете против ветра. Она смотрела снова прямо ему в глаза и не понимала простой вещи : зачем? Только лишь потому, что у нее никогда такого не было. Так и сидела жрица в одной руке сжимая горсть монет, что ей вложил мужчина, а во второй спицу, хлопала глазами и не понимала - что к чему? И так бы она и просидела еще долго, очень долго, если бы ее заложенный нос не почувствовал бы запаха паленной кожи. Или не кожи..Шерсти? Какая разница, пахло паленым и это заставило подступить к горлу тошнотворный комок. Айкэ тяжело сглотнула, чуть поддаваясь назад.
- У-у-у-у....У тебя вся рука в....в..мясо. - заикаясь начала жрица, не совсем культурно тыкая палецем в его правый бок. А потом до нее дошло. Это же ожог, Бральес темнейший, которой степени?! - О какой простуде ты говоришь?! Чумной?!
Айкэ резко подскочила и метнулась к стеллажу. Да, шнырять по чужому дому без разрешения было не прилично и верх как неполюдски, но с собой у нее ничего такого не было, что бы молго помочь. Даже объяснять ничего не хотелось и казалось, оно совсем не нужно, так что феникс так и оставила кельдера с протянутым флакончиком в руке, пока ее тонкие пальцы быстро пробегались по склянкам на стеллаже.
Вот оно! восторжествовал ее разум, когда взгляд натолкнулся на склянку с мороз-травой и небольшой пузырек слизи тритора. Схватив их в охапку, так же моментально девушка вернулась к кельдеру, убрала прядь волос за ухо и стала размешивать траву со слизью, что бы получилась однородная мазь. И когда дело было почти готово, она подняла голову на мужчину, взглядом прося пододвинуть ей плечо. Но тот кажется не спешил этого делать. Совсем так не спешил. Он все еще тыкал ей флакончиком.
- Что? Я даже не знаю, как тебя зовут, а ты мне предлагаешь выпить это? - Айкэ изумленно вскинула брови вверх, но тут же по тяжелому дыханию товарища поняла, вот весь этот логичный винегрет можно отставить сейчас в сторону, его это мало волнует. - Bien, bien, se han puesto de acuerdo!
Феникс примирительно подняла руки вверх, мол так и быть, сдается, и чистой рукой приняла его пузырек.
- Я выпью, но только если ты обещаешь мне дать обработать ожог, идет? Да? Вот и славно. - она с легкостью откупорила склянку зубами и легонько выплюнула пробку перед своими ногами. - Весь пить? Все-все, поняла.
Стоило ей поднести флакончик к губам и запрокинуть голову назад, жмурясь, как жидкость сама в нее влилась. И черт, она была...Противной! Айкэ поморшилась и прикрыла рот рукавом платья, что бы не выплюнуть все это обратно. По её лицу казалось, что девушка сьела лимон целиком - такое уж оно у нее было красноречивое, это лицо.
- Доволен? А теперь дай мне свою руку, мазь сейчас застынет.
И уже без лишних слов девушка пододвинулась к нему ближе, почти вплотную, обхватив его гигантскую руку своими холодными пальцами.
- Она была горькой, если честно, но я вытерпела. И ты теперь терпи если будет немного жечь, ha comprendido?
- тут-то и началась острожная, кропотливая работа. Она макала подушеки пальцев в мазь и легонько касалась ожога, словно это были и не прикосновения вовсе, а тенец легкого ветерка. Занятие отвлекло её от грозы, которую она вновь перестала замечать - уж больно сильно девушку поглотил процесс. Де ла Куадра то и дело прислонялась ближе, легонько дуя на рану и приговаривала полушопотом, чисто для себя: cura, cura Но так как долго в тишине феникс находиться просто не могла, да и её немного напрягало молчание кельдера, то все-таки пришлось заговорить погромче, что бы он мог ее ясно слышать.
- А ты что-то хотел сказать, правда ведь? Все повторял "миледи, миледи". Не называй меня так, хорошо? Не такая я уж и милая да и леди, просто - Айкейсин. Или Айкэ. Мне понравилось, как оно звучит. Здорово ты это придумал!
- Жрица  мягко улыбнулась, на мгновение подняв взгляд на его лицо, что мужчина мог заметить - улыбка зажгла теплый свет даже в ее глазах. Девушка пожала плечами и вновь вернулась к делу.
- И как можно бояться смотреть в твои глаза? Они очень крассивые, ты спрашивал о ерунде. Ты извини, я много болтаю, просто нервничаю слегка. Ты первый кельдельер которого я в жизни увидела. Правда.

Отредактировано Айкейсин (03.12.2012 15:38:53)

0

10

Едва Таи присел возле Айкейсин, протянув флакончик с зельем, его обдало жаром от камина, в голову ударила кровь и резко повысилось давление. Он это почувствовал, сильным жжением в правом боку и руке, которые были обожжены до мяса, и головокружением. Если бы не кресло, на которое он опёрся свободной рукой, то он бы завалился прямо там на месте, и не факт, что его бы не угораздило попасть в камин.
Айкейсин сидела перед ним и внимательно вглядывалась в его лицо, словно что-то искала, знакомые черты, или что-то ещё. Сидела и не хотела брать этот проклятый флакончик с лечебным зельем, которое быстро избавило бы женщину от простуды.
- У-у-у-у....У тебя вся рука в....в..мясо, - словно в густом бреду, едва различимо услышал он её сладкий голос, и посмотрел куда указывал её пальчик.
Только сейчас он обнаружил сильнейший ожёг, который спалил шерсть на его боку, и сжёг кожу до мяса. Рана обильно кровоточила, в следствии чего, под кельдером образовалась целая лужа его собственной, густой, темно-бордовой крови.
Чувства Таи невероятно притупились, и он даже не заметил как подскочила женщина и скрылась у него за спиной, уже стуча и бренча предметами на стеллажах. Он всё протягивал вперед эту треклятую склянку с фиолетовой жидкостью, и пытался удержать равновесие одной рукой.
То что в его доме начинает хозяйничать женщина, он даже и не стал задумываться, он просто непонимающим взглядом смотрел на опустевшее кресло и медленно искал взглядом Айкэ перед собой.
- Миле.... - очень сипло и практически неслышно он попытался позвать женщину, но горло отказывалось подчиняться. Ему становилось хуже с каждой секундой.
- Что, происходит? Бральес тебя раздери!
Мысли, подобно гигантским валунам, перемешивались в голове, и врезаясь друг в друга создавали мучительную боль, которую не мог выносить Жилонг.
Наконец, спустя некоторое время, которое едва не показалось вечностью кельдеру, к нему вернулась Айкейсин. Она что-то держала в руках и быстро перемешивала. Вот она посмотрела на него, взглядом указав на плечо, что-бы ей было проще нанести мазь.
Если бы Таи мог, он бы зарычал, только вероятнее всего этот рык был бы от безысходности. Он вновь протянул флакончик с зельем, почти всучив его ей в руки.
- Что? Я даже не знаю, как тебя зовут, а ты мне предлагаешь выпить это?
- Ну не травить же я тебя собрался, после того, как перевязал руку, - подумал кельдер и пожалел. Новая вспышка головной боли заставила его зажмуриться и полностью опуститься на мокрый от крови пол.
Тем не менее, Айкэ забрала флакончик, высказав что-то на неизвестном ему языке, и выпив, сморщилась.
Это Таи успел заметить и очень сильно удивился, насколько ему позволяло состояние. Он ожидал совсем не такого эффекта, но думать о том он не хотел. Сейчас ему было бы полезнее не думать и отоспаться, но женщина не позволила ему даже слегка расслабиться. Она бесцеремонно схватила его за руку и принялась втирать только-что изготовленную мазь в изуродованную руку. Единственное, что ещё мог ощущать кельдер, это прикосновение её холодных пальцев. Оно было на столько приятно, что он не возражал и терпел даже когда женщина неловким движением сильно задевала ожог.
Сколько времени это продолжалось, Таи не знал. Но когда Айкэ закончила, ему заметно полегчало. Рука не саднила более, и бок тоже.
В полнейшей тишине, на грани полубессознательного состояния, он отчётливо слышал, как всё ещё грохочет отдаляющаяся гроза, как стучит по стёклам дождь.
Когда ему полегчало, он слегка приподнялся на руке, и вытянул перед собой огромные копыта, и так получилось, что Айкейсин оказалась между передней и задней парой, однако это её нисколько не смущало. Она всё ещё держала обгоревшую руку кельдера.
- А ты что-то хотел сказать, правда ведь? Все повторял "миледи, миледи". Не называй меня так, хорошо? Не такая я уж и милая да и леди, просто - Айкейсин. Или Айкэ. Мне понравилось, как оно звучит. Здорово ты это придумал!
Женщина говорила долго, словно собиралась заболтать Таи, улыбалась и смотрела ему в глаза.
- И как можно бояться смотреть в твои глаза? Они очень красивые, ты спрашивал о ерунде. Ты извини, я много болтаю, просто нервничаю слегка. Ты первый кельдельер которого я в жизни увидела. Правда.
Таи поморщился. Говорила она действительно много. Невероятно много. Жилонг столько не говорил иногда и целыми сутками, чего уж врать, бывало и так. Но ему это нравилось. Он правда едва-едва улавливал суть разговора, голова ещё трещала по швам, но уже было проще. Он отодвинулся от камина, спал жар и он наконец смог хоть что-то сказать.
- Извини... - прохрипел он и голос сорвался на рык.
В полнейшей тишине этот рёв прозвучал очень громко и грозно. В воздухе гулко отдало эхо.
- Вина... - он протянул руку к графину и принял его у женщины. Запрокинул голову, жадно впившись в горлышко, и осушая немаленьких размеров сосуд с каждым глотком всё больше и больше. Правда хватило графина всего на пять глотков.
- Спасибо вам, миледи... - он просто не мог по другому. Как бы она не попросила называть её, внутренний стержень был иногда прочнее даже желаний самого Жилонга.
- Спасибо вам, - повторил он и, помолчав, продолжил, - Айкэ... Правда. Мне было бы нелегко без вашей помощи.
Он закашлялся. Слишком много слов... для него это было слишком много.
- Я кельдельер, не все разумные относятся к нам как к... боятся в глаза смотреть... Не надо боятся... Я ничего тебе не сделаю...
Он не понимал что говорит, но он определённо думал, что ему что-то надо сказать.
- Первый кельдер... Видимо ты мало путешествовала по Леоту... Я многое повидал за свою жизнь... Много где был...
И снова кашель. Теперь с кровью. Таи сорвал себе горло такими долгими для него разговорами. Но молчать он не мог. Он всё ещё хотел извиниться перед Айкейсин.
- Извини, Айкэ... Не хотел... Я Таи...
Он легонько сжал прохладные ручки женщины в своих больших руках. Ему стало приятно. Несмотря на нелепость чувств, ему стало тепло от столь близких для него отношений, пускай он и вовсе не знает эту женщину, назвавшейся Айкейсин де Ла куадра, советницей Владыки Леота...

0

11

Айкэ уже практически закончила обработку ожога, осторожно прикасаясь губами к обоженным местам. Лично для себя она не заметила ничего такого в этом жесте. Просто она подумала,что лично для нее было бы очень приятно, если бы кто-то так прикоснулся к ее ушибленному месту. Её рука случайно скользнула по шерсте кельдера и девушка улыбнулась, чуть отстранившись. Так приятно, мужчина был такой теплый и... Глаза сами закрывались и почему-то хотелсоь фырчать, как это люблю делать её лисы, когда им что-то нравилось. Девушка привыкла к такому.
Его "извини" было подобно грому. Жрица тут же подскочила и подала ему графин вина. Пришлось нависнуть над ним, что бы помочь выпить. Хоть мужчина и бравился, но феникс прекрасно понимала, что ему нужна помощь, которую она поспешила оказать. Да, было сложно держать больной рукой на весу графин, а второй поддерживать его голову, что бы кельдер не захлебнулся. Айкэ поморщилась и прикусила губу. Странно, такие абсолютно несуразные действия помогали находить сил.
- Не говори ничего, этого не надо. - Жрица мягко улыбнулась и приложила палец к его губам. Отставив графин в сторону, она снвова вернулась всем своим вниманием к мужчине. Нет, заставить его полчать она не могла, точнее могла, но не хотела. Ломать его волю не хотелось. Так что феникс решила так, хочет говорить - пусть говорит. По крайней мере все это звучало так...Забавно. Айкэ не могла перестать улыбаться.
- Я не боюсь тебя, с чего ты взял? Много где был? Это здорово, а я да, ты прав. Нельзя было менять места. Когда род Буэндия ступил на земли Леота, родители очень боялись, что нас могут найти. Мы скрывались и не было времени...Что, что с тобой? - Айкэ изумилась и вздорогнула, когда кельдер закашлял кровью. Жрица не медля приложила свою раненную руку к его губам и ткань, которой мужчина перевязывал рану, впитала её. - Молчи, пожалуйста, помолчи немного. Ты не привык так много гвоорить, так ведь? Тогда не стоит отказывать своим привычкам из-за меня, верно?
Айке провела тыльной стороной ладони по его лбу и мягко улыбнулась, наклоняясь вперед и докоснулась до его щеки своим лбом. Горячая кровь. И вновь улыбка коснулась ее лица. Такая чистая, такая искреннее. Этот кельдельер дарил ей душевное тепло, которое топило все, как топят горе кубы вина для истинного пропоицы.
- Eres tan bueno, tan puro por el corazón. Nunca no te dejaré ir - тихо шепнула жрица обдавая холодом своего дыхания. Даже здесь находясь в такой близости от огня,даже здесь, так близко к нему и тому теплу, что он дарил было так холодно. Ей все еще было холодно. Такова сущность Темной Жрицы. Холод и пустота, не стоит об этом забывать. Магия крови брала своё, никогда не гнушилась этого и никогда не забывала о том, сколько ей причитается.
Она почувствала душой, как он сжал ее руки в своих теплых руках. таких теплых, таких надежных в своей грубости и нежных по своему. Её так никто не касался. Никогда. Айкейсин чуть отстранилась и улыбнулась, а на глазах проступили слезы радости.
-Таи...Это красивое имя, очень красивое...Но можно я назову тебя иначе? Пожалуйста, а ты можешь тогда называть меня на "вы" и "миледи", идет? Если тебе понравиться конечно. Только послушай, м-м-м-м-м
. - де ла Куадра присела, поджимая коленки под себя и запрокинула голову назад, призадумавшись. В ее глазах плясали огоньки от палмяни в камине. сейчас она казалась выросшим но не повзрослевшим ребенком. Впалые щеки залились румянцем и тут на нее словно снизошло озарение. Улыбка стала шире и Айкэ торжественно произнесла, снова вся обращаясь только к нему. - Я бы звала тебя Лойко! Это очень красивое имя, на моем языке оно означает Верный. Мой народ так называет сильных мальчиков, из которых потом выйдут крепкие воины. За их спинами девочки чувствуют себя так надежно, как и представить себе сложно. Такое бывает только в сказках.
Она собрала немного смелости в кулак и вновь приблизилась к нему, нависая прямо над лицом Таи. Её худенькое личико вытянулось в нахальной улыбочке и она острожно, высунув язычок, кончиком слизала кровь с уголков его губ. Язык выписал витееватые круги, а холодное дыхание вновь обдало его кожу. Затем девушка плавно отстранилась и прилегла на него сверху. Вдряд ли он это особо почувствал - чего в ней весу-то было? Разве что легкая прохлада от ее вымокшей несковозь одежды.
- У тебя горячая кровь - тихо прошептала она и облизнула свои губы. Это было правдой, очень горячая кровь. И приятная. Айкэ вновь затараторила, чуть поведя плечом и поудобнее устраиваясь на боку. - Ты правда очень горячий, поэтому я тут полежу немного, я холодная, это немного тебя остудит. Станет легче. А потом я уйду, не бойся я не буду тебе мешать. Правда, уйду. Ты только дай знать. Не говори, а дай знать...
И вновь замолчала. Фениксу казалось, что её болтовня немного напрягает таи. Если он не привык много разговаривать, наверное он не привык и много слушать, а причинаять ему дискомфорт больно не хотелось. Она лишь уткнулась носом в спину кельдеру, зарываясь в его длинных и мягких волосах. Коснулась кончиком холодного носика его позвоночника и тихо-тихо сказала, он наверное даже и не услышал того.
- Я бы очень хотела быть той девочкой, которая могла бы стоять за твоей могучей спиной...Может, встреться мы раньше, моя жизнь не была бы столь ужасна....

0

12

Её прикосновения были божественны. Такие нежные, такие тёплые, любовные... Случайный клиент, поздний, запоздалый... Но словно по вине мудрого Колуна, случилась их встреча, словно этого не могло не произойти. Айкэ должна была заглянуть к нему, он должен был помочь ей, и теперь, они лежат, прижавшись друг к другу... Словно так и должно быть...
- Молчи, пожалуйста, помолчи немного. Ты не привык так много говорить, так ведь? Тогда не стоит отказывать своим привычкам из-за меня, верно?
Она была права. И он молчал, слушая её сладкий голос. Он ему так нравился. Такой мягкий, такой сладкий...
И вновь он услышал незнакомую речь. Неизвестный язык так манил его, своей обжигающей страстью неизвестности.
- Eres tan bueno, tan puro por el corazón. Nunca no te dejaré ir, - шептала она, слегка косаясь его своими губами. Ему это нравилось. Он мечтал, чтобы это длилось вечность...
- Таи...Это красивое имя, очень красивое...Но можно я назову тебя иначе? Пожалуйста, а ты можешь тогда называть меня на "вы" и "миледи", идет? Если тебе понравиться конечно. Только послушай, м-м-м-м-м.
Айкейсин задумалась ненадолго. А ведь он не назвался ей настоящим именем. Его уже практически никто не знает, иначе как Таи. Уже почти восьмой десяток лет...
- Я позволю вам всё что угодно, Айкэ, - хрипло отозвался кельдер.
- Я бы звала тебя Лойко! Это очень красивое имя, на моем языке оно означает Верный. Мой народ так называет сильных мальчиков, из которых потом выйдут крепкие воины. За их спинами девочки чувствуют себя так надежно, как и представить себе сложно. Такое бывает только в сказках.
И вновь так много слов... Но они были ему не в тягость. Он вкушал их, словно самое сладкое из всего, что было на свете. Ему нравился мелодичный голос прекрасной Айкэ и он готов был слушать его и дальше.
Вдруг она нависла над ним, её лицо приблизилось к нему, улыбка, добрая и слегка дерзкая, её язычок коснулся края его губ, где была его кровь. Лицо обдало холодом её дыхания и жаром теплоты близости.
Айкэ быстро отстранилась и легла на него сверху. Кельдер не понимал, почему? Он никогда ником уне позволял этого делать... А ей позволил. Даже больше чем позволил... Это ощущение было самое приятное из всех. Он едва ощутил её тело, её вес, когда она легла на него, но он ощутил то тепло, которым она делилась с кельдером.
Даже промокшая и липкая одежда не причиняла дискомфорт. Ему это было в новинку. Он желал знать, что будет дальше. Его манила неизвестность.
- У тебя горячая кровь, - вдруг тихо прошептала она, - Ты правда очень горячий, поэтому я тут полежу немного, я холодная, это немного тебя остудит. Станет легче. А потом я уйду, не бойся я не буду тебе мешать. Правда, уйду. Ты только дай знать. Не говори, а дай знать...
Он понимал, что это не правильно, что она, незнакомка, лежащая сейчас на нем, должна уже быть где-то далеко, но он этого не хотел. В нем проснулось желание прижаться к ней, но воля не позволяла. Он хотел нечто более близкое, не постыдное, но близкое духовно...
Таи почувствовал её дыхание у себя на спине, легкое прикосновение. Она тихо шептала, в тишине, под дробь дождя, но он всё слышал.
- Я бы очень хотела быть той девочкой, которая могла бы стоять за твоей могучей спиной...Может, встреться мы раньше, моя жизнь не была бы столь ужасна....
Он слегка развернулся к ней, осторожно, что-бы не скинуть её или случайно не придавить своим огромным телом.
- Прошу вас расскажите о себе... - в тишине пустого и слегка захламлённого помещения его хрип отдавался эхом, - Что это за неизвестный мне язык? Я никогда не слышал его в пределах Леота...
Кельдер слегка кашлянул, пытаясь сдержаться и продолжил.
- Я не хочу чтобы вы уходили, Айкэ... это такое... сладкое ощущение близости...
Вероятнее всего в голове у него вертелись мысли, что он лишь думает о том, не подозревая, что он говорит их вслух...
- Прошу вас, останьтесь... будьте ближе... я хочу, чтобы вы были со мной... мне так давно не хватало такого... тепла.... Я отправлюсь за вами куда только вы пожелаете... Милая Айкэ...
Он всё продолжал и продолжал, не ведая, что женщина слышит его размышления...

0

13

Айке чуть приподнялась на локтях, когда Таи к не повернулся. Она даже наклонила голову в бок, внимательно его слушая. Скорее всего это была наступающая горячка. Такое бывает случается, когда ты выхватываешь у удачи из кармана такой здоровенный ожог. Собственно, тут то жрица и вспомнила, что как-то ранно она успоилось. Нужно было, как только мазь подсохнет перевязать рану, а она спустила это сквозь рукава. Девушка прикусила губу и медленно провела ладонью по лбу кельдельера.
- Ты устал...- протянула она и улыбнулась немного грустно. Все то, что он говорил...Звучало для нее в новинку и немного дико. Такие вещи должны были пугать жрицу, они должны были её заставить отстраниться. Поверить в том, что в её близости к Таи есть что-то постыдное, что это не правильно. Но Айкэ просто напросто не понимала этого, у неё взяли и вырезали целый пласт жизни, который должен был хранить информацию о подобного рода вещах. Поэтому все это вызывало у нее улыбку. Ее пальцы остановились на его губах, очерчивая их контур, что прерывало его слова. Теперь то он мог понять, что это уже не мысли, это формленные слова. И кажется, это немного напугало Таи. Де ла Куадра кивнула и прищурив глаза продолжила.
- Хорошо, я расскажу тебе о себе, но только если ты вот что сделаешь. - женщина вновь приблизилась к нему, соприкасаясь лбами, и улыбаясь продолжила, глядя ему прямо в глаза, - Ты позаботишься о том, что бы принять пищу. Если хочешь, я могу попробовать помочь приготовить, но...Не знаю, как получиться. Что бы рана быстрее затянулась, тебе нужно побольше есть. Затем, ты дашь мне перевязать тебе ожог, мазь уже остыла и это можно сделать, идет? Ну и для начала ты мне дашь во что переодеться, а то толку от твоего лечения ноль, считай только микстуру на меня зря перевел, по рукам? - Айкейсин быстро остранилась, победно улыбаясь, и протянула ему свою здоровую руку. Но так как Таи не спешил ее пожимать, он кажется впервые задумался над тем, какую чумную пустил в дом, тогда девушка сделала сама все за него. Она сама пожала ему руку и бойко добавила, что бы уже никак не отвертелися.
- Вот и договорились!- Кельдер пробурчал что-то не шибко понятное и величественно встал на все свои четыре. Айкэ проводила его взглядом, наблюдая за тем, как он поднимается наверх и дает ей знак, жестом, следовать за ним. Внимание её глаз на какакое-то время падает на спицу что лежит на полу и переливается в свете пламени камина.
- Расскажите о себе? - беззвучно повторила жрица, подаваясь плечами вперед. - Тогда ты выставишь меня за дверь раньше, чем гроза успеет окончится...
Почему-то ей казалось именно так. Еще никто не просил её рассказать о себе. Более того, еще никому ей не хотелось рассказать это так сильно, как хотелось сейчас. Ей не хотелось врать кельдельеру. И если его такое теплое отношение к незнакомке вызванно лишь тем, что он её не знает, то... Не стоит его обманывать.
Её пальцы с легкостью освободили грудную клетку от тегости корсета. Девушка шумно выдохнула и согнулась. Так приятно это сделать после того, как твоя спина весь день была прямее некуда, вы бы знали! Затем дело дошло и до того, что некогда звалось платьем. Пришлось немного повозиться, мокрая ткань никак не хотела отлипать от тела, но кто сильнее - она или какое-то там платье? Айкэ вновь посмотрела на верх и крепко прижала одежду к груди, сжимая ручки в кулачки.
**
-Ну как, помощь нужна? - мягко проговорила она, облокотившись на дверной проем и наблюдая хитрыми глазами за движениями Таи. Если быть честным, то она стояла перед ним практически обнаженная. И единственоое, что оставляло это дело под грифом практически было то, что девушка прикрывалась одеждой, что скрывала большую часть обзора. Но любой дурак смог бы заметить контуры обнаженого девичьего тела. А кузнец на дурака не очень то смахивал.

0

14

Из задумчивой говорливости его вывел жест Айкэ. Она медленно провела ладонью по лбу кельдера.
- Ты устал...
Она была права. Сегодня случилось слишком много невероятного, и Таи сильно устал. Вроде бы, нет причин, но так получилось. Чего теперь думать об этом?
Когда её холодный пальчик коснулся его губ, он понял, что, всё что он думал, на самом деле, он говорил и Айкэ всё слышала. Он смутился и даже испугался этого. А что вдруг, если сказанное им её оттолкнёт и она сейчас убежит? И всё что произошло между ними, больше никогда не повториться? Он испугался.
- Хорошо, я расскажу тебе о себе, но только если ты вот что сделаешь, - опровергла его догадки Айкэ и приблизилась настолько, что они коснулись лбами, её прекрасные тёмно-голубые глаза смотрели прямо в его, дикие, почти черные глаза - Ты позаботишься о том, что бы принять пищу. Если хочешь, я могу попробовать помочь приготовить, но...Не знаю, как получиться. Что бы рана быстрее затянулась, тебе нужно побольше есть. Затем, ты дашь мне перевязать тебе ожог, мазь уже остыла и это можно сделать, идет? Ну и для начала ты мне дашь во что переодеться, а то толку от твоего лечения ноль, считай только микстуру на меня зря перевел, по рукам?
Сказала она это слишком быстро, но чуть помедлив, он всё же смог всё обдумать. Память у него была куда лучше, чем он считал. Он запомнил каждое её сказанное слово, каждое действие, даже если не хотел запоминать его. Таков он был.
Айкэ быстро отодвинулась от него, улыбаясь и протянула ему свою крохотную ручку.
Он считал что всё это бред, что так не должно было происходить. Что вот сейчас он приобретает кота в мешке, и насколько дикий и буйный этот кот, он ещё не знает. И прежде чем понять, что происходит, Айкэ сама пожала его здоровую лапу и быстро, и громко добавила.
- Вот и договорились!
Таи не особо понравилось своевольничество Айкэ, но он не стал заострять на том внимание. Он был согласен на всё, лишь бы подольше потянуть время. Ему была приятна компания этой особы. Возможно он уже даже мечтал остаться с ней наедине и подольше. Что-то пробубнил под нос и оперевшись на целую руку встал. Во весь рост. Теперь он возвышался над Айке на добрых пол метра и даже больше, почти на метр. Словно скала, вдруг он почувствовал то самое чувство, когда он однажды, в бурной молодости когда кровь кельдеров горяча настолько, что буквально кипит в огромных сердцах, своим мощным телом защищал молодую девчонку, в драке. Его настолько поразило это воспоминание. Он до сих пор помнил каждую мелочь, каждую деталь... Он невольно провёл рукой по шее, где был небольшой шрам, полученный именно тогда, это возможно был его самый первый шрам. Самый первый бой... За девчонку...
С этими воспоминаниями он направился наверх, выполнять просьбу Айкэ. Остановился и жестом пригласил её проследовать за ним...
Второй этаж разительно отличался от первого. Помимо буйства красок на стенах, обилия и разнообразия вещей, тут было темно. И первое, что сделал кельдер, зажёг огонь. Костёр вспыхнул моментально. Таи умел это делать за считанные секунды. Путешествие по всему Леоту не прошло даром.
- Прошу, не стой, Айкэ, проходи...
Он поднял глаза, и увидел... То что он увидел, заставило его кровь взбурлить в венах вновь. Она стояла практически обнажённая перед ним. То промокшее платье, что она сейчас сжимала в руках и прикрывала им своё тело просвечивало, в приглушённой атмосфере романтического огня, так, словно его не было вовсе. Она опиралась на дверной проём и не входила в комнату.
Если бы не внутренний стержень, что удерживал эмоции кельдера в себе... Живость и Гнев... Буйство и Страсть...
Если бы не стержень, Таи кинулся бы на неё, словно сопливый кельдельер, не вкушавший женского тела...
Но это был не тот Таи. Жилонг сдержался. Иначе и быть не могло. Он уловил каждое её движение... Каждую складочку промокшего платья и... отвернул взгляд. Нет, не потому что ему было стыдно. Стыда он не испытывал. Он хотел лишь помочь Айкэ. Он желал ей помочь...
Когда огонь разошёлся достаточно, чтобы давать тепло и достаточно света в комнате, Таи встал и прошёл в угол комнаты, где стояли стенды с оружием, его личным оружием, что он ковал в подвале у себя дома. Накинул плотную непрозрачную ткань на два стенда и соорудив некое подобие занавески, жестом пригласил Айкэ пройти за эту своеобразную ширму. Она не была прочь и быстро спряталась за ней, отбежав от огня, у которого немного погрелась.
- Надеюсь вы меня простите, Айкэ... - Жилонг осёкся. Он не знал как ей объяснить, но всё же решился говорить прямо и открыто, как есть...
- Я кельдер... и так уж заведено, что мужчины у нас одежд не носят... Мне нечего предложить вам, простите меня, Айкэ...
Он быстро подошёл к своему ложе, где спал, и выбрав самое приятное по его взгляду, мягкое и нежное покрывало, перебросил через край сооруженной ширмы.
- Это единственное, что я могу вам дать, - он закашлялся, голос постепенно переходил на рык, по мере того, чем больше он говорил, - Я не портной и не умею шить одежд...
Голос окончательно сорвался и последние слова он буквально проревел.
- Ещё раз простите меня, миледи Айкэ, я не хотел вас пугать...
И он замолчал.
Пока Айкейсин переодевалась и закутывалась в ткань, которую ей дал кельдер, Таи быстро приготовил поесть. На огне уже достаточно хорошо поджарилось мясо крупного зверя, которого он поймал на днях, на столе уже были готовы несколько больших тарелок, более походивших на здоровые подносы, на которых были разные салаты, овощи и фрукты. Так же на столе были и напитки. Таи позаботился и о вине, если вода или тёплый чай, госпожу Айкэ не удовлетворят.
Жилонг же не привередливый к еде, пил воду и медленно вращал ручку вертела, на котором было насажено мясо.

Отредактировано Таи (04.12.2012 13:56:26)

0

15

На самом деле, девушке не нужна была ширма. В себе ничего постыдного она не видела и о ...Да что вы, мы повторяемся! Ну не знала она о тонкостях обещения между мужчиной и не понимала, а что в этом может быть такого? Видимо, что-то да было. По крайней мере его забота показалась ей трогательной. да, она читала о таком в сказках, когда ночью пряталась под кроватью и в тайне читала истории о принцессах и принцах. И Айкэ скользнула за сооруженную ширму, благодарно кивая.
- Спасибо, ты очень мил. - с улыбкой проговорила она и осторожно развесила на шаткой конструкции платье, штаны и примостила корсет да осторожно ножкой пододвинула сапоги к камину. Её взгляд натокнулся на неприкрытие копья. Любопытсво не могло не дать о себе знать и она подошла к оружию, проводя по древку ладонью скользя вверх, к наконечнику. Восхищение пришло моментально, жрица повидала оружие разное и худо бедно, но знала в нем толк. - Ты очень искустный кузнец, Лойко. Нет, правда, не подумай ничего такого, но это правда. Бертран бы оценил и зажался в угол. Он боиться хорошего оружия, Бральес, ну как я так могу?! Ты же не знаешь Бертрана, это мой лис. девушка хлопнула себя по лбу ладошкой и тихо рассмеялась. Кельдер извинялся, как-то неловко, де ла Куадра даже не сразу поняла, о чем именно он говорил. Оказалось, что сменной одежки у него нет и это огорчило хозяина. Жрица же лишь вновь улыбнулась, немного глупо захихикав.
- Ничего страшного, ты не подумай, я не привередливая, кинь какую-нибудь тряпицу..- и действительно, он перекинул ей через ширму теплое покрывало, довольно качественное и мягкое. Девушка скомкала материю и прислонила к своей щеке, зажмурившись. Покрывало было теплым и пахло так же, как пах сам кельдельер. Она знала, как стоит поступить, поэтому ее ловкие рученки быстро перекинули ткань через плачо, девушка лишь чуть подвязала ее на талии и тога была готова. Вполне себе приличная, а главное теплая. Айкэ плавно вышла из "убежища", спрятав руки за спину и улыбнулась Таю.
- Жрицу Бральеса не так уж легко напугать, не волнуйся. Посмотри, по-моему даже выглядит лучше, чем мое платье, нет? - девушка повернулась вокруг себя и чуть присела. Да, женское это, покрасоваться, куда ж мы без этого? Кокетство впитаное с молоком матерей. Де ла куадра огляделась и жестом указала на низкую тумбу рядом со столом, спрашивая, можно? Кажется мужчина не возражал, посему жрица села поджимая ноги под себя и запустила руки в еще мокрые волосы, распутывая непослушные кудри.
- У тебя здесь очень уютно и красиво. У нас в доме тоже так было, но это было так давно...И там не хватало уюта, а тут он есть. У тебя хороший аскетичный вкус. - Девушка улыбнулась, опуская ресницы. Неожиданно в лицо ударил жар, щеки стали пунцовыми, и терпкий запах жаренного мяса. Она довольно повела носом и открыла глаза, ухватив со стола яблоко и начав перекидывать его с одной руки в другую. Айкэ наблюдала за его передвижением и легко улыбалась, начиная свою историю.
- Я родом не отсюда, это уже очевидно. И говорю на другом языке потому, что он мне родной. Это язык фениксов, он очень красивый, хотя..Тебе наверное и не понравиться, хех. Родилась я в Эласте, там родители отдали меня моему Богу. Матушка все время кричала на отца, что я у них вышла деффектная...Так оно и есть, понимаешь...- Айкэ запнулась и проглотила те слова, что предполагались дальше. Нет, так нельзя. А вдруг он испугается, разгневается и прогонет её? Она не хотела никуда уходить отсюда. Не сейчас, нет. Ведь здесь ей открылось столько нового, нет, нет. Девушка опустила руки на колени, опустила плечи, немного сутулясь, и взглянула на Таи, кторый был занят делом. Да, сейчас он был к ней спиной, но это даже лучше. - Понимаешь, у меня здесь спрятан кинжал, который я не могу контролировать. Когда кто-то очень близко ко мне, когда он врет. Этот кинжал разит его в сердце. Я так убила...бабушку. Хах, веселое знакомство да?
Девушка опустила голову и стала водить по яблоку пальцами, вырисовывая круги.Ей было стыдно за то, что приходилось говорить. Но он сам того попросил.
- Родители меня избили и решили отдать меня в веру, что бы хоть как-то оправдаться...Они продали меня Бральесу и решили жизнь за меня. В Эласте на наше семейство началось гонение и нам пришлось покинуть страну.  Так мы переехали в Леот. Матушке все хотелось власти и мести, и они пытались достичь это взяв меня как клинко в руки...А я думала, что может хоть тогда они меня полюбят? И послушно выполняла их указы. Однажды так вышло, что я помогла Владыке и стала его доверенным лицом. Так получилось, что я добилась их целей,а...Теперь и некому погладить по голове. Они сегодня умерли...туберкулез.
Айкэ закашлялась и замолчала, она не рискнула поднять головы на Таи. Просто сидела, вжав голову в плчи, как преступница, и ждала, что же он скажет. Когда возьмет её под локоть и выставит за дверь. Айкэ знала, она этого заслужила. Ткань чуть сползла проседая, обнажив грудь. Феникс закрыла глаза раненной ладошкой, Ей было стыдно, ей было больно.

Отредактировано Айкейсин (04.12.2012 14:56:34)

0

16

Всё то время, что он готовил мясо, крутил вертел с насаженным на него зверем, которого собственноручно заколол... всё то время, когда он молча следил за ней, чувствуя её передвижения... всё то время, пока Айкэ рассказывала о себе...
Он думал... О себе. О Агноре. О Айкэ...
Дослушав рассказ, он понял её. Понял её ситуацию, положение, ту власть что у неё имелась и одновременно статус, который её тяготил...
Он думал о ней. Несомненно, сложную жизнь она прожила, однако, у кого она лёгкая... эта, жизнь...
Кельдер решился.
Если она не врёт. Если он не соврёт... ей, Айкэ... и себе... Если он не соврёт, то всё получится...
Он не боялся. Если так суждено, всевидящей Лесте и всезнающему Колуну... Да поможет этому безумцу кельдеру Лермалиэль!
Он сидел к ней спиной. Он не видел её глаз, но прекрасно понимал её, чувствовал то, что чувствовала она.
Теперь он решил ей рассказать о себе. Пусть она этого не просила, пусть голос его груб и окончательно загрубеет. Таи решился.
- Теперь я расскажу вам о себе, миледи Айкэ... Если вы не возражаете...
Хрипло начал он и не дожидаясь ответа, продолжил, щёлкнув рычажком, спрятанном между камнями очага. Опустил руку и цепь несложных механизмов продолжила крутить ось сама.
- Я не боюсь судьбы. Я не бегу от неё... Меня зовут Дзао Жилонг, и я сказал вам, миледи Айкэ, своё настоящее имя, только лишь потому, что не знаю, останусь я жить после нашей встречи или нет.
Кельдер медленно развернулся к женщине. Он увидел её. Увидел опущенную голову. Сползшую ткань и обнажившую грудь.
Он встал и подошёл к ней. Опустился на копыта, чтобы не нависать громадной скалой, однако всё равно остался много выше.
- Миледи Айкэ, я не знаю, чем мне это грозит... - голос уже начал сдавать, но кельдер держался стойко. Он был настроен решительно. Даже если он охрипнет настолько, что уже просто не сможет говорить, он будет рычать...
- ...но я вам расскажу. Мне известны ваши чувства... эмоции... Я с двадцати лет путешествовал по Леоту. Отправился в путь, будучи ещё таким молодым. Сейчас мне уже шестьдесят девять. Всю свою жизнь я пробыл наёмником. Существом, которое не ценят, мало того, иногда даже гонят. Не исключено, что вы слышали обо мне. Я стал довольно известным наёмником в своё время. Теперь меня правда знают по несколько иным причинам, но сейчас не о том... Я приобрёл верного друга. Тоже в молодости... С ним мы бились рука об руку долгие годы...
Голос кельдера начал грубеть, теперь он был похож на рык, но Таи продолжал, ни смотря ни на что...
- Со стариной Агнором мы были как братья... Я потерял его в девятьсот шестьдесят третьем году... Я до сих пор не знаю, жив ли мой брат, или уже мёртв... Прошло уже почти сорок лет, как я знаю... я знаю, что такое одиночество...
Кельдер рычал, он был зол на себя, сейчас он держался едва-едва на грани, что-бы не сорваться. Его переполняли эмоции от воспоминаний. Сейчас его идеальная память, которая помнила всю его жизнь, была против него...
- И сейчас... когда я уже практически потерял всякую надежду... когда уже и не знал, откуда может прийти моё спасение... я узнаю вас, миледи... Айкэ...
Кельдер опустился к женщине, крепко обнял её и приподнял над сидением, выпрямившись во весь рост.
- Я не знаю, чем мне это грозит, - он сжимал её крепко, так, чтобы если его и поразило то невидимое и неощутимое, то наверняка... насмерть...
- С вами, миледи Айкэ, я вновь испытал те чувства, что уже не испытывал почти пол века... И будь я проклят если совру! Я готов принять любую участь, что вы мне приготовили, миледи, но я хочу быть с вами... Я не могу позволить себе отпустить вас и вновь остаться один в своей скорлупе одиночества...
Он всё так и стоял, на коленях, перед креслом и в крепких объятьях его была женщина. Незнакомка. Миледи Айкэ...
И он всё ждал своей участи...

Отредактировано Таи (04.12.2012 15:45:51)

0

17

Айке висела в его объятьях с расскрытым ртом и хлопала широко открытими глазами. Она внимательно слушала его, когда Таи решил рассказать о себе. Она следила за каждым его движением исподлобья и рискнула поднять голову только тогда, когда он к ней подошел и захотел обнять. Жрица понимала, что собирается сделать кельдельер. Девушка боялась, что он не внимательно отнесся к её словам. Она не хотела потерять такого хорошего, хоть и случайного, знакомого только из-за того, что он посчитал ее слова пустыми. Боялась, дюже боялась того, что может причинить ему не только боль, но и стать причиной смерти такого славного кельдера, каким Таи и был, Айкэ была в этом уверена больше всего на свете.Сопротивлялась, даже брыкалась, но он все равно сделал то, что считал нужным, и жрица заплакала от безысходности.
Ничего не происходило. Мгновение, еще одно. Тишина давила на барабанные перепонки, сердце сжалось, как воробушек. Де ла Куадра боялась и тихо вздрагивала. Но ничего не произошло. Дзао не лгал ей. Он был ближе, ближе чем кто-либо и когда-либо, к ней, зная о "проклятьи" и честнее чем все, что когда либо жил в её сердце.
Очень сильно захотелось известки. Прям до зуда. Яблоко упало из её руки и отскочило по полу, закатываясь под ложе Таи.
Айкэ подняла взгляд на лицо Жилонга и дрожащей рукой докоснулась до его щеки. Он потерял своего друга сорок лет назад. Он сорок лет как одинок. Кельдер был одинок всю её жизнь!
- Милый мальчик...- её голос дрожал, ее голос хрипел, истерика, подступившая к ней так неожиданно, не оставляла преждней певучести и распевности. Она комкала его, но Айкейсин словно не слышала этого. - У тебя доброе, доброе сердце....Сохрани его таким же добрым и чистым, пожалуйста....Пожалуйста!
Девушка не смогла сдержать чувств. Ей было ужасно не удобно и начинала побаливать грудь, словно ребра трещали от такого натиска. И ей было глубоко наплевать на это.
- Я бы отдала все богатства мира земного, все богатсва Богов, только лишь за то, что бы ты больше никогда не был одинок. Если бы было надо, я продала бы своего Бога, отдалась бы другим, предала все, кроме тебя....И никогда бы не причинила тебя боли, никогда бы не посмела плохо подумать о тебе. И была бы счастлива, если бы ты всегда был рядом. Потому что с тобой я почувствовала себя гораздо более защищенной, нежели чем за крепостными стенами Владыки, или за калиткой собственного дома. Как бы счастлива я была! Если бы только могла еще раз спрятаться...в твоих объятьях от всего-всего. Лишь бы могла услышать твой грубоватый голос снова...Лишь бы..Лишь бы ты не был больше никогда одинок...Феникс заплакала, дрожа всем своим хрупким тельцем и осторожно, неуверенно коснулась губами его губ. Она его поцеловала? Сложно было так сказать. Жрица только прислонилась к нему вплотную, только докоснулась. Девушка совсем не умела целоваться. Но как по её мнению, так да. Она поцеловала Таи....

Отредактировано Айкейсин (04.12.2012 16:50:55)

0

18

Всё происходящее, походило на немую комедию. Нелепую и немую.
Жилонг так и стоял, крепко прижав к Айкэ к себе, и ждал. Ждал хоть чего-нибудь. Он понял слова Айкейсин правильно. Если он соврёт, значит, она убьёт его. Как? Он не знал. Он просто ждал развязки.
Глаза его были закрыты. Нет, в кельдере не было страха, просто он знал, что когда существо умирает с открытыми глазами это менее приятное зрелище, нежели с закрытыми. Ненужный жест воли, однако такой простой.
Он ждал... и ничего не происходило. Он оставался жив в давящей на него кромешной тишине. Пока что. Пока он не соврал ей...
Первой нарушила это Айкэ. Её голос дрожал, хрипел, словно бился в истерике. Айкэ была напугана. Таи не знал чем, но понял это и прижал её к себе сильнее, что-бы она перестала бояться.
Она подняла заплаканное личико и взглянув в его большие и слегка раскосые глаза кельдера, заговорила.
Её голос был сладким на вкус. Жилонг никогда прежде не испытывал ничего подобного. За все свои года, он впервые почувствовал так близко сладкое дыхание нежности и ласки. Она говорила ему то, что считала нужным. Она всё говорила правильно. Он слушал её и не отпускал. Боялся, что если отпустит, то всё происходящее, словно большой мыльный пузырь, лопнет и исчезнет навеки. Потому он прижимал её к себе и слушал.
Лишь единожды он ответил ей. То была его клятва верности к ней. Клятва кельдера.
Она всё продолжала и продолжала. Словно так же, как и Таи, боялась упустить момент, нарушить целостность того неосязаемого, невидимого пузыря, что они находились вдвоём. Она заплакала. Жилонг слегка отпустил её, но всё так же сжимал в объятьях и тут... Айке подалась вперёд. Она осторожно приблизилась и неловко, словно была неуверенна в своём поступке, коснулась губами его губ. Едва-едва коснулась. Кельдер подался навстречу и впился в неё. В её слегка пухлые и бледные губки. Позволив себе, и лишь слегка расслабившись выпустить толику страсти, что копилась в нём уже неведомо сколько лет. Он целовал её, как в первый раз целовал любимую.
Секунды растянулись в вечность. Жилонг не хотел отпускать её, но понимал, что должен.
Их губы разомкнулись и Таи нежно опустил Айкэ на сидение. Ткань, что он дал ей, сползла ей на колени, обнажив тонкую, хрупкую фигурку. Её груди вздымались с каждым вздохом. Айкэ была великолепна. Жилонг влюбился в неё, и вновь дал себе клятву верности, мысленно, не озвучивая вслух. Это было излишне.
В комнате царил полумрак, очаг практически догорел, никем не поддерживаемый. Было тепло, не смотря на непогоду за окном.
Кельдер слегка наклонился вперед, взял Айкэ на руки и встав, выпрямившись во весь рост, направился к ложе.
Айкэ не возражала. Они легли, прижавшись друг к другу, даря то тепло, что стало таким близким для них. Душевное тепло, согревающее их изнутри. Прижались, буквально став одним целым. Так они уснули.
Вместе...
http://s2.uploads.ru/vtdzS.png

+1


Вы здесь » Сердце Кирибриан » Восполненные воспоминания » Два звена: десятилетие назад.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC